Мартин Фриман прокомментировал свой развод с коллегой по сериалу «Шерлок»

“Хоббит” выходит на тропу войны

Британский актер Мартин Фримен, недавно вновь появившийся в образе Эверетта Росса в очередном фильме Marvel “Черная пантера” (The Black Panther) и, кстати, получивший на съемочной площадке вместе с коллегой Энди Серкисом по вполне очевидным причинам прозвище “этот белый толкиновский чувак”, дал большое интервью британской газете The Telegraph о своих последних работах, творческих планах, а также об одной из самых важных ролей в своей карьере – доктора Ватсона в сериале BBC “Шерлок”.

Говоря о вселенной Marvel и вообще фильмах, снимаемых на основе популярных комиксов, он отметил, что возвращение Эверетта Росса на экраны в будущем считает вполне вероятным, однако не уверен, что ему представится возможность пересечься в этом вымышленном мире со своим партнером по “Шерлоку” Бенедиктом Камбербэтчем, который вполне успешно (для этого специфического жанра) играет Доктора Стрэнджа.

То же самое касается его предчувствий о будущем “Шерлока”. Любимый миллионами проект BBC закончился на, мягко говоря, неоднозначном четвертом сезоне, чья резко негативная оценка как со стороны большинства кинокритиков, так и зрителей, задела рикошетом не только разработчиков сериала, Марка Гейтисса и Стивена Моффата, но также и актеров, сыгравших в нем главные роли.

На вопрос о реакции на всеобщее негодование Фримен дал ответ в лучших традициях британского сарказма: “Ну, мы же британцы, нам вообще-то свойственно хотеть, чтобы после первого альбома все умерли”. Но при этом неприятие четвертого сезона публикой его не удивило: “С “Шерлоком” произошло то, что произошло, буквально моментально, даже в случае с “Офисом” раздражение накапливалось постепенно”. С самого начала сериал задал очень высокую планку, и все время поддерживать качество на том же уровне было достаточно сложно.

Но все же больше всего раздражает далеко не это, а домыслы неистовой армии поклонников сериала о том, что Джон и Шерлок якобы влюблены друг в друга. Было довольно много тех, кто просто никак не мог себе представить, что они, в конце концов, не будут вместе. По словам репортера, даже через пятнадцать месяцев после показа последнего эпизода видно, что актера от всего этого трясет. “Это вам на заметку: ни я, ни Бен никогда, никогда, ни минуты не играли любовников, черт побери, никакие мы не любовники”, – с нажимом говорит Мартин (что, однако, выглядит несколько забавно, так как точь-в-точь повторяет яростно-настойчивые заявления Ватсона в сериале о том, что он – лицо традиционной ориентации).

Пятый сезон они не обсуждали. После четвертого было ощущение, что наступит некая пауза, по крайней мере, на некоторое время. Что же касается собственного восприятия, Фримен отмечает, что у него такое чувство возникло не в последнюю очередь из-за реакции общественности на последний сезон.

Причем речь идет даже не столько о критике, сколько о беспрецедентном давлении, которому лично он подвергался из-за изначально ошеломительного успеха сериала: “Съемки “Шерлока” – это что-то вроде феномена The Beatles в миниатюре, ожидания людей… иногда все это перестает забавлять. Какое уж тут удовольствие – а ну-ка давай дальше, иначе ты сволочь последняя” (в оригинале Фримен выразился куда более резко).

Правда, позже, на премьере “Истории привидений” (Ghost Stories), он уточнил, что в его интервью не фигурировали слова “Шерлок” – это уже не весело”. “Шерлок – это очень весело, это на редкость упоительная работа, я просто сказал, что в ней присутствуют некоторые аспекты, которые не особо приятны, как давление и ожидания” – пояснил он. “Получать удовольствие – именно этого хочется от жизни, удовольствия, вещей, которые заставляют задуматься, к счастью, помимо этого также и непростых, амбициозных задач”, – подытожил актер.

В свою очередь его коллега Бенедикт Камбербэтч, давший недавно интервью британскому изданию Radio Times в связи с выходом на экраны очередной главы марвеловской эпопеи “Мстители: Война бесконечности” (Avengers: Infinity War), сказал, что не знал о том, что фанатами упорно развивается линия романтических отношений между известным детективом и бывшим военным врачом. Он добавил (правда, вне непосредственной связи с репликой Мартина Фримена), что когда разносятся голоса о том, что сниматься в фильме становится менее приятно из-за того, что поклонникам не по душе вектор развития событий в произведении, это выглядит несколько беспомощно. Это – ответственность разработчиков проекта.

В своем интервью Фримен коснулся своего джазового радиопроекта, семейной жизни и воспитания детей, отношений с бывшей супругой Амандой Аббингтон. Говоря о том, что послужило причиной смены привычного амплуа и последовательного выбора им ролей, которые требуют от актера воплощения откровенно малоприятных личностей, Фримен мотивировал это тем, что ему надоел ярлык типичного обывателя, который прочно приклеился после крайне успешного воплощения образа Тима в “Офисе”, и об этом он заявлял неоднократно.

Среди его последних работ, порывающих со стереотипом, можно назвать сериал “Стартап” (StartUp), а также британский хоррор “Истории привидений” (Ghost Stories) , выходящий на российские экраны в мае этого года.

Фримен говорит, что ему действительно очень понравилось сниматься в “Стартапе”, потому что если в “Фарго” зритель знакомится с персонажем, который первоначально не является ни психопатом, ни сумасшедшим, то в “Стартапе” его герой откровенно аномален, про него нельзя подумать: “ой, ну он изначально такой, как все, а потом все изменилось”. Однако что бы там ни говорили, речь не идет о собственных внутренних демонах, которым внезапно дали шанс выбраться наружу: “Это моя работа, она-то как раз и позволяет освобождаться от всего подобного, она остается на съемочной площадке, где ты это проигрываешь. Я, конечно, не могу сказать, что я никогда не бываю полным козлом в обычной жизни, но все же, смею утверждать, не таким, каким я бы был без этой работы”.

ДНИ НЕЗАВИСИМОСТИ / ПостРубежные хроники. Часть XVI 173

Наградить фанфик “ДНИ НЕЗАВИСИМОСТИ / ПостРубежные хроники. Часть XVI”

27.03.18. ИЮЛЬ – АВГУСТ 2017

«…Я полон решимости делать то, что хочу. И не делать того, чего не хочу…»

«Интервью с Мартином Фриманом: сниматься в «Шерлоке» больше не весело» The Telegraph, 16 марта 2018 года

27.03.18 – На самом деле я никогда не произносил этих слов… – Мартин озирается, страдальчески сдвинув брови. Холл кинотеатра Vue West End наполнен десятками одновременно разговаривающих людей, прибывших на специальный показ фильма Ghost Stories, и чтобы элементарно слышать свой голос, Фриман вынужден перекрикивать раздражающе громкую многоголосную какофонию. – Давайте внесем ясность, в том интервью я действительно никогда не произносил слов «Сниматься в «Шерлоке» больше не весело», – напрягая связки, сердито выговаривает он репортеру, задавшему вопрос о злосчастной статье, вышедшей десятью днями ранее. – Я никогда не говорил, что «Шерлок» это не весело. «Шерлок» это весело. – А того, что вы и Бен не любовники, тоже не говорили? – И этого я тоже не говорил. Я… – и тут до него доходит, что он попался, благополучно угодил в мастерски расставленную ловушку. «Мартин Фриман не отрицает, что они с Бенедиктом Камбербэтчем любовники». Жирный шрифт потенциального сенсационного заголовка насилует воображение, и, покраснев от злости, беспомощности и смущения, Фриман изо всех сил пытается выбраться из затягивающих его зыбучих песков. – В смысле я не имел в виду, что мы с Беном… Послушайте, я знаю, что фанаты, как обычно, сделают свои выводы, но мы не… На самом деле я говорил не про нас, а про Джона и Шерлока. То есть это не мы, это Джон и Шерлок не являются ебаными лю… Да вашу ж мать. …Он просыпается, резко оторвав затылок от подголовника, автомобиль уже сворачивает с относительно оживленной Haverstock Hill и через минуту паркуется на уединенной Wedderburn Road. Мартин прощается с Саймоном, успешно совмещающим обязанности его охранника и водителя, и заходит в подъезд, все еще ощущая охватившую его во сне паническую нервозность. Господи боже, он превратился в ебаного параноика! Фриман кладет связку ключей на узкий столик в прихожей. После шумного, многолюдного мероприятия тишина в квартире воспринимается истинным благословением, и несколько мгновений он просто стоит, наслаждаясь закрывшимися створками раковины, комфортной отгороженностью от мира, затем направляется в спальню, на ходу снимая пиджак и стараясь изгладить из памяти растревожившее его неуместное сновидение. Ведь в реальности сегодня все случилось иначе. Бросив пиджак на кровать, Мартин в задумчивости переходит в гостиную, останавливается у большого эркерного окна, глядя на тихий, уютный двор. В реальности сегодня не было разговора ни про Бенедикта, ни про отношения Джона и Шерлока, однако оправдываться ему все же пришлось… – он вновь, в который раз за последние десять дней, начинает закипать гневом – …пришлось самым идиотским образом объяснять, о чем именно он говорил в том чертовом интервью! А между прочим, предполагалось, что та статья в The Telegraph будет посвящена их с Эдди джазовому альбому, а вовсе не сериалу «Шерлок»! Прикрыв глаза, он делает несколько глубоких вздохов. В конце концов бессмысленно злиться на журналистов за то, что они те, кто они есть, их работа – высасывать из пальца громкие заголовки, по-своему трактуя полученную информацию. Еще ни разу ему не удавалось дать интервью так, чтобы потом не обнаружить в печатном изложении фраз, вырванных из контекста, или каких-либо комментариев, далеких от смысла, который он вкладывал в свои слова. Да, съемки в четвертом сезоне дались ему нелегко. Да, на данный момент он не готов обсуждать продолжение – по разным причинам, но это же, черт возьми, вовсе не означает, что он больше не любит и не ценит проект, подстегнувший его карьеру и столь тесно спаянный с его личной жизнью! Мартин оборачивается и берет с настенного стеллажа коробку с игрушечной фигуркой доктора Джона Хэмиша Уотсона. Безусловно, значительная часть его жизни. Судьбоносная часть. Усмехнувшись, он щелкает пальцем по физиономии практически безносого, нелепо головастого Джона и ставит игрушку обратно. Затем передислоцируется к полкам с пластинками, любовно пробегает ладонью по стройным рядам, выбирая то, что поможет ему успокоиться, и, заведя проигрыватель, идет переодеваться в домашнее. День начался рано – еще до специального показа Ghost Stories в расписании значилось утреннее радиоинтервью, поэтому траектория вечера будет принципиально простой – легкий ужин, душ, постель, чтение, сон. …Его как раз начинает накрывать сладкой дремой, когда телефон реагирует на видеовызов. – Привет! – энергично здоровается Камбербэтч. – Как прошло знакомство избранной лондонской публики с привидениями? – Отлично, – Мартин зевает и, уютно пристроив под щеку ладонь, прислоняет телефон к соседней подушке. – Тебе привет от Марка и Йена. – Спасибо, – Бен склоняет голову на бок. – Ты там что – уже спишь? – У меня в отличие от тебя почти ночь. Бенедикт недоверчиво щурится, прежде чем с легким вызовом полюбопытствовать: – Ты спишь не один? – Твое какое дело? – хмыкает Фриман. – Ты вообще морозишь свои семейные яйца в Вермонте. На физиономии Камбербэтча появляется отстраненно-оскорбленное выражение, и, снова хмыкнув, Мартин демонстрирует в камеру пустую спальню, невозмутимо прокомментировав: – Засранец эгоистичный. Губы Бенедикта изгибаются в плутоватой усмешке: – А помнишь Нью-Йорк? – Я и говорю, – морщит нос Мартин. – Засранец эгоистичный. – О, Фриман, не притворяйся, – уверенно парирует Камбербэтч. – Как будто кто-то может заставить тебя делать то, чего ты не хочешь… ИЮЛЬ – АВГУСТ 2017 Мартин прилетает в Нью-Йорк посредине Дня независимости и, едва заселившись в отель, получает сообщение из Атланты: «Какие планы на праздничный вечер?» …До ночного клуба он добирается на такси, максимально замаскировавшись очками и кепкой, полный сомнений относительно благоразумности своих действий. Жаркий полумрак зала прорезают резкие, хаотичные вспышки света, громко играет музыка, и, поплутав вокруг заполненного народом танцпола, Мартин, к своему облегчению, наконец видит Бена – в укромном уголке и в обществе кружки с пивом. Он поспешно плюхается напротив, высокие спинки диванчиков по бокам от стола дают относительное ощущение защищенности, но Фриман все же сдвигается от прохода ближе к стене. – Пива? – как ни в чем не бывало интересуется Камбербэтч – так, словно они расстались только вчера. – Наверное, – пожимает плечами Мартин. – Вряд ли имеет смысл пить что-то крепче, нам обоим работать завтра. Ворчливая интонация выдает его с головой, и брови Бена сочувственно и насмешливо приподнимаются: – Расслабься. Здесь на нас всем наплевать. Фриман в ответ скептически усмехается, по обыкновению ритмично постукивая пальцами по столешнице, и Бенедикт вдруг накрывает его руку своей ладонью. Они не виделись почти пять недель, и неожиданное прикосновение заставляет Мартина задохнуться, на несколько секунд безнадежно увязнув во взгляде любовника. – И не лень тебе было сегодня лететь сюда из Атланты? – ироничный тон призван скрыть разрушительное действие, оказанное теплом руки Бена. – Не. Лень, – многозначительно чеканит тот, явно не веденный в заблуждение обманными маневрами собеседника. Напряженный тет-а-тет нарушается появлением официанта. … – Откуда ты знаешь про это место? – в ожидании заказа Мартин разглядывает упоенно веселящихся посетителей заведения. – Зак подсказал, – с очевидной долей провокации в голосе информирует его Камбербэтч. Упоминание Куинто, как и прежде, вызывает неприятные ощущения, но Фриман не намерен проигрывать еще и этот раунд. – Ясно, – с идеальной беспечностью кивает он, а когда на столе в окружении закусок появляется пиво, посмеивается, чокаясь с Беном кружками: – Американцы сегодня празднуют независимость от Британии. А мы что? – И мы – независимость от Британии, – с серьезным видом поясняет Камбербэтч. – Временную. …За первой кружкой пива следует вторая, затем третья, и после полуночи Мартин обнаруживает себя посреди нетрезвой толпы на танцполе – очки, кепка и кардиган остались забытыми на диванчике, футболка неопрятно выбилась из-под пояса джинсов, растрепанная челка липнет к влажному лбу, тело наэлектризовано музыкой, алкоголем и близостью Бена, такого же перевозбужденного и взъерошенного, – тот в конце концов безрассудно и недвусмысленно прижимается к нему сзади, обнимает, тискает, заставляя окончательно потерять выдержку. Спустя пару минут они, исступленно целуясь, вваливаются в туалет, громко хлопнув дверью кабинки, жмутся друг к другу в тесном, малопривлекательном помещении, изнывая, давая волю жадным и бесстыдным рукам. «Господи боже, словно подростки…» – Фриман готов истерически рассмеяться, но вместо этого отчаянно стонет, потому что Бенедикт, расстегнув на нем джинсы, нетерпеливо лезет ладонью внутрь. – Эй! Вы тут не одни! – осуждающий стук сотрясает перегородку. Оба замирают, и, сдавленно хихикнув, Камбербэтч шепчет ему в губы: – В отель? – В отель… *** – Скажи, у тебя с этой твоей… – Бен медленно приподнимается и так же медленно опускается, и распластавшийся под ним Мартин судорожно поджимает пальцы ног от пронзающего пах острого удовольствия, – как ее там… насколько у вас все серьезно? Ее там – Ингрид, и Бенедикту прекрасно об этом известно, но проблема заключается даже не в том, что член Фримана сейчас находится в таком месте, которое вроде бы подразумевает однозначную несвоевременность подобного разговора, а в том, что действительно все серьезно. Вернее, вдруг стало серьезным совсем недавно, после нескольких месяцев легких, в большей степени дружеских, ни к чему не обязывающих отношений. И Мартин сам толком не понимал, что именно в тот момент с ним случилось – то ли голову напекло щедрым июньским солнцем, то ли слишком разнежило после секса, а скорее всего повлиял тот факт, что Бен с семьей и друзьями укатил отдыхать на Менорку, а Ингрид сидела напротив за столиком уличного кафе, куда они выбрались поужинать из его дома, – смотрела ласково, смеялась в ответ на его остроты, болтала с ним о политике, музыке и театре, так что он, неожиданно для себя самого, зачем-то устроил эту херню с кольцом. Разумеется, ничего радикального – упаси боже. Он просто снял колечко, которое она носила на безымянном пальце правой руки, и шутливо примерил ей его на соответствующий палец левой. Ингрид замолчала, порозовела, он с улыбкой пробормотал «извини», возвращая колечко на прежнее место, а затем они продолжили ужинать. Поначалу казалось, что ничего в его жизни не изменилось. Однако когда Камбербэтч вернулся с Менорки и предложил встретиться, Фриман почему-то сослался на тотальную занятость, а спустя пару дней тот уже отбыл на съемки в Атланту. Ингрид же проводила с ним теплые летние вечера, все чаще оставаясь у него на ночь, и когда Эдгар Райт пригласил его на премьерный показ Baby Driver, как-то так само собой получилось, что Мартин предложил ей пойти туда вместе с ним… *** – Фриман, чертов говнюк, как же я рад тебя видеть, – Эдгар выпускает его из объятий и обменивается рукопожатием с Ингрид. – Привет. – Вы ведь знакомы? Нет? – чуть более нервно, чем бы ему хотелось, интересуется Мартин. – Эдгар Райт. Ингрид Оливер. Она… – он в замешательстве чешет бровь, Эдгар и Ингрид молчат, очевидно ожидая от него продолжения, и не менее очевидно для Фримана то, что он абсолютно не готов продолжать. – Она… – Прослежу за тем, чтобы он благополучно добрался до кровати после афтепати, – смеется Ингрид. – Ок, – с пониманием ухмыльнувшись, кивает Райт. – Веселитесь, ребята… *** Ночь после премьеры они, естественно, снова провели вместе, а наутро он обнаружил, что кольцо Ингрид сменило месторасположение. Она никак не прокомментировала этот факт, и Фриман тоже промолчал, осознавая свою ответственность, решив позволить ситуации развиваться самой по себе. Однако накануне его отъезда в Нью-Йорк на съемки Ode to Joy Ингрид заговорила о совместном вояже в Италию. Может быть, в конце лета или в начале осени. Хотя бы на выходные… Может быть, куда-нибудь на север… Например, в Верону – город влюбленных, самый романтичный город Земли. Он улетел в Америку, четко ощущая, что ему нужен тайм-аут. …– То есть все серьезно, – безошибочно констатирует Бенедикт. Мартин проводит ладонями по его бедрам и смыкает пальцы на задорно торчащем члене, со всей настойчивостью призывая не отвлекаться. Камбербэтч втягивает воздух сквозь сжатые зубы, взгляд серых глаз слегка затуманивается, но их обладатель и не думает затыкаться. – А если… – снова мучительно сладостное движение вверх-вниз, – …я попрошу тебя ее бросить? Рука Мартина, ласкающая любовника, застывает. – Ты не попросишь, – сурово предупреждает он. Бенедикт берет его за запястья, наклоняется, припечатывая их к постели, невозможные губы оказываются совсем близко. – А если попрошу? – Ты не попросишь… – в конце концов это действительно наглость, но праведное возмущение Фримана позорно капитулирует перед обессиливающей истомой. – А если попрошу… – горячий выдох теряется в поцелуе. * * * Камбербэтч улетает обратно в Атланту первым утренним рейсом, а три недели спустя, незадолго до окончания съемок в Нью-Йорке, Мартин, общаясь с Ингрид по скайпу, вдруг прерывает ее рассказ о выступлении в London Theatre: – Прости, ничего не получится. – Я знаю, – она пытается улыбнуться. Он подавляет малодушный порыв пуститься в пространные объяснения – не стоит унижать пустыми оправданиями ни ее, ни себя, молча смотрит, как она стягивает с безымянного пальца кольцо, и совершенно искренен в выражении благодарности: – Спасибо. * * * Все снова встает на свои места, и в начале августа он возвращается в Лондон в бессовестно приподнятом настроении. …– Ты точно не хочешь поехать с нами? – Камбербэтч в белой футболке и с голым задом хозяйничает на его кухне, задавшись целью организовать посткоитальное чаепитие, Мартин, прислонившись к косяку, наблюдает за этой завораживающей картиной. Вопрос при всей внешней серьезности – просто шутка, и Фриман так же всерьез отшучивается в ответ. – Кто-то же должен присматривать за детьми, – речь идет о фестивале Wilderness в Оксфордшире, в рамках которого будут проходить Letters Live, в них примет участие и Аманда, собираясь оставить Джо и Грейс на весь предстоящий уикенд с отцом. – Тем более что они не видели меня целый месяц. Бен оборачивается, держа на весу чайную пару и являя взору Мартина другое свое достоинство, едва прикрытое краем майки. – Я тоже не видел тебя целый месяц, – заявляет он с нарочито кокетливыми интонациями, отпивая из чашки. – И, возможно, не только я, – кокетство исчезает из его голоса. – Возможно, нас к тебе тут целая очередь… – Но ты в этой очереди стоял первым, – Фриман уступает соблазну, подходя ближе. – Стоит ли жаловаться… – Так, все, – поставив блюдце с чашкой на стол, Камбербэтч перехватывает его руки. – Поболтали и хватит, у меня еще чертова уйма дел. …Мартин так и оставляет Бена в неведении насчет изменений на личном фронте, и лишь когда тот уезжает на фестиваль, пишет сообщение: «Забыл сказать. В очереди пока на одного меньше». От Камбербэтча приходит незамедлительное: «Как насчет таблеток, улучшающих память?», а на следующий день Мартину звонит Аманда: – Что-то наш Бенни чересчур весел. Ты умудрился вдуть ему веселящий газ? Фриман, поморщившись, игнорирует ее сомнительный каламбур, но его бывшей жене не требуется много времени, чтобы вычислить не особо загадочную подоплеку. – Ох, Марти, серьезно. Пожалуй, позвоню ей, поздравлю со вступлением в клуб. – Позвони, – мирно соглашается он. – Поболтаете о том, какой я мудак. – Не стоит придавать себе так много значения, мы с ней найдем более интересные темы для разговора. Послушай… – пауза слишком красноречива, чтобы он не смог догадаться, о чем речь пойдет далее, – ты уверен. Ведь ты же понимаешь, что он никогда не сможет быть рядом с тобою по-настоящему… – А с чего ты взяла, – холодное раздражение заставляет его произносить слова четко и с расстановкой, – что мне вообще кто-то нужен рядом со мною по-настоящему. – Ладно, ты прав, я лезу не в свое дело, – тут же идет на попятный Аманда, не преминув, впрочем, патетически заявить: – Слава богу, что это больше не мое дело.

Мартин Фриман: чисто английское геройство

Сыграв целый взвод «вежливых парней с мягким характером», британец Мартин Фриман решил, что роли доктора Ватсона и Бильбо Бэггинса не слишком разнообразят его послужной список, и перешел к экранизациям комиксов и хоррорам. Столь неожиданный виток в карьере актера побудил THR разобраться, кто же все-таки этот парень с лицом добряка.

Персонажи Конан Дойля не раз поворачивали актерскую судьбу вспять. Почти сорок лет назад после выхода фильма Игоря Масленникова «Шерлок Холмс и доктор Ватсон» Василию Ливанову и Виталию Соломину в образах гениального сыщика и его верного друга поставили памятник на Смоленском бульваре в Москве .

На этом фоне то, что случилось с Мартином Фриманом после «Шерлока» производства BBC, выглядит по-английски сдержанно: у него всего лишь появилось два десятка фанатских инстаграм-аккаунтов, в несколько раз вырос гонорар, и в итоге он получил приглашение стать частью кинематографической вселенной Marvel.

Впрочем, Масленников знал, когда пора останавливаться, а вот его коллеги с туманного Альбиона — нет. Когда четвертый сезон сериала Марка Гейтисса и Стивена Моффата забуксовал на сценарных нестыковках, газеты стали в ярости сбрасывать Фримана с эфемерного, так и не высеченного в мраморе пьедестала. Когда выйдет пятый сезон и увидит ли он свет вообще — большой вопрос.

«Это типично британская черта. Англичанам хочется, чтобы исполнитель умирал после первого альбома, — сказал Мартин газете The Telegraph в марте 2018 года. — Но это и в самом деле невыносимо. „Шерлок“ взлетел слишком стремительно. С „Офисом“ все происходило медленнее. Когда быстро набираешь такую высоту, редко на ней удерживаешься».

Фриман не зря поминает «Офис»: именно после детища Рики Джервэйса Британия и узнала его имя. В этом мокьюментари-ситкоме, произведенном все тем же BBC в 2001-м, Мартин сыграл менеджера по продажам Тима Кэнтербери — маленького человека, почти гоголевского персонажа. Куда менее усердного в работе, чем Акакий Акакиевич, зато более романтичного.

Не сказать, что молодой артист обрел славу, но без работы больше не сидел. В незабвенном рождественском ромкоме «Реальная любовь» (2003) он был стеснительным актером-дублером Джоном, влюбившимся в процессе имитации постельных сцен в партнершу Джуди. В вышедшем через два года «Автостопом по галактике» дорос уже до главной роли. Но и эта работа была лишь ступенькой.

В звезды мирового кино Фримана произвела трилогия «Хоббит». А ведь он не сразу принял предложение сыграть Бильбо Бэггинса, раздумывая, нужно ли ему это. Зато за Ватсона, предложенного в то же самое время, взялся без колебаний: на дне омута, в который Мартин бросился с головой, лежали премии BAFTA и «Эмми». Оставалось лишь протянуть руку.

Хромающий, страдающий от ночных кошмаров и депрессии ветеран афганской войны встречает чокнутого сыщика — и к нему возвращаются сон, вес, аппетит и вдохновение. С первой минуты знакомства Ватсон демонстрирует демоническому другу Холмсу в исполнении Бенедикта Камбербэтча восхищение и преданность. Высокоактивный социопат, в свою очередь, всегда готов использовать поклонников в личных целях. Так между ними завязывается нечто похожее на отношения в дисфункциональной семье.

Зато по реальной жизни сериал проехал катком. Мэри, экранную жену Фримана , играла самая настоящая жена и мать двух его детей, актриса Аманда Аббингтон. Однако в скандальном четвертом сезоне они снимались, уже будучи в разводе. Что, теперь уже кажется, было заметно, хотя пара прокомментировала свое расставание с британской сдержанностью: «Мы остались близкими друзьями».

Герои, которые достаются Мартину , тоже не отличаются бурным темпераментом. Как правило, это увальни с кротким нравом, попавшие в жесткие обстоятельства, которые контрастируют с их характером. В марвеловском кинокомиксе «Черная Пантера» актер играет, наверное, самую нетипичную для него роль — агента ЦРУ Эверетта Росса, неожиданно решившего сражаться на стороне повстанцев против короля-экстремиста, пытающегося взять власть в африканской стране Ваканде. Да и то потому, что Фриман изо всех сил пытался уговорить режиссера Райана Куглера сделать своего героя тверже — не таким рафинированным неженкой… Но Росс все равно вышел тихоней.

Чтобы разрушить приклеившееся амплуа хорошего парня, Мартин готов на эксперименты: «Меня всегда привлекали темные стороны человеческой натуры», — признается он. В подтверждение в мае на российские экраны выходит фильм ужасов с его участием «Истории призраков» — олдскульный хоррор изящной выделки, цитирующий британскую классику жанра.

Критики уже назвали ленту «любовным письмом триллеру 1960–1970-х годов». Мартин Фриман играет преуспевающего банкира, в чьем доме поселился полтергейст. Его имя на афише неизбежно сделает кассу. Что может дать актеру участие в малобюджетном жанровом проекте? Возможно, его персонаж наконец-то хоть кого-то напугает.

«Истории призраков» (Ghost Stories)

«МВК» / Великобритания / Режиссеры: Джереми Дайсон , Энди Найман / В ролях: Энди Найман , Мартин Фриман , Пол Уайтхаус , Алекс Лоутер , Пол Уоррен, Кобна Холдбрук-Смит / Премьера 31 мая

Обзор иностранной прессы по полному разочарований сериалу «Шерлок»

Шерлок Холмс перестал быть собой. 4-й сезон, не побоимся этого слова, легендарного сериала не принес фанатам радости. Даже самые оголтелые представители фандома корчат недовольную гримасу и задаются вопросом: «Что это было?!»

Мы больше не собираем мозаику вместе с героями сериала, у нас нет возможности дойти до разгадки вперед главного героя. Вместо этого нам подкидывают линейный сюжет с «семейным» суперзлодеем и издевательский флешбэк. Шерлок, будто Джеймс Бонд из «Спектра», гонится за призраками прошлого – взрывы и «воскрешения» персонажей прилагаются, а вот фирменных коктейлей и роскошных женщин не нашлось. Впрочем, даже линейность не спасла Марка Гэтисса и Стивена Моффата. Сейчас они говорят, что не прочь продолжить сериал и вернуться с пятым сезоном, но надо ли?

РЕЙТИНГИ

Небольшая ретроспектива: «Шерлок» начал свой путь на ТВ с увесистых 7,5 миллиона человек, прильнувших к экранам. Эта цифра неуемно росла, и третий сезон стал самой рейтинговой британской драмой с 2001 года. В среднем за чудесами дедукции наблюдало 11,82 миллиона человек. Четвертый сезон к рекорду даже близко не приблизился. Среднее число зрителей еще подлежит уточнению, но, по предварительным оценкам, четвертый сезон смотрело в среднем около 8 миллионов человек. Финал же и вовсе поставил антирекорд – 5,9 миллиона человек. BBC, конечно, выражает огромную благодарность «Первому каналу» за утечку, тем не менее сути дела это не меняет. Новый «Шерлок» восторгов не вызвал, порадовал скептиков и наводнил Интернет разочарованными высказываниями.

ЧЕТВЕРТЫЙ СЕЗОН «ШЕРЛОКА» ХВАЛЯТ

– За актерский тандем. Это дежурный плюс – Бенедикт Камбербэтч и Мартин Фриман с 2010 года выросли в суперзвезд киноиндустрии и показывают соответствующий уровень актерской игры. Само собой, химия между ними запредельная.

– За Эндрю Скотта. Отдельно критики смакуют актера, играющего роль Мориарти. Его появление в новом сезоне было мимолетным, но чертовски ярким. Забавно, но даже этот момент навевает воспоминания о «бондиане», о Хавьере Бардеме, который под музыку расстреливал старый дом из вертолетного пулемета.

– За точку над «i» в линии с Мориарти. Спасибо, что не живой. Все успели испугаться, что произошла очередная инсценировка гибели, но, к счастью, Мориарти остался воспоминанием. Хотя некоторых это и позлило, ведь, по сути, можно было обойтись и без флешбэка. Моффат и Гэтисс внедрили Эндрю Скотта в четвертый сезон лишь ради фан-сервиса.

ЧЕТВЕРТЫЙ СЕЗОН «ШЕРЛОКА» РУГАЮТ

– За нелогичность и сюжетные хвосты. Недовольные насчитали аж 18 вопросов, которые финальный эпизод оставил без ответа.

– За клишированность и абсурдные повороты сюжета.

– За Санта-Барбару. Число родственников, задействованных в событиях четвертого сезона, зашкаливает.

– За чрезмерный упор на эмоции во вред традиционному духу Шерлока Холмса и здравому смыслу.

– За настолько смазанный финал, что горечь разочарования может перебить сладость трех предыдущих сезонов.

ЧТО ГОВОРЯТ КРИТИКИ

«Между шокирующими поворотами и открытиями просто недостаточно содержательных деталей, а в финальном эпизоде логики стало еще меньше. Зато в нем прибавилось драмы и сюжетных крючков, которые лишь сбивают с толка. The Final Problem закрыла сезон, а может, и весь сериал антикульминацией, подменив реальное развитие персонажа и логическую развязку натянутой драмой и выпендрежем». (Aja Romano/Vox.com)

«Три недели фанаты франшизы скрипели мозгами под гнетом целого ряда откровений, загадок и отвлекающих маневров. С финальным эпизодом как минимум один факт остается неопровержимым: “Шерлок” – самая крупная британская драма. Элементарно, мои дорогие зрители». (Michael Hogan/The Telegraph)

«Марк Гэтисс может сколько угодно отвергать сравнения со стилистикой супершпионской франшизы Джеймса Бонда, но как только Шерлок, Джон и Майкрофт отправились в Шерринфорд, The Final Problem начала сильно отдавать приключениями агента 007». (Morgan Jeffery/Digital Spy)

«Если это конец “Шерлока”, если это вопреки протестам последнее появление Бенедикта Камбербэтча и Мартина Фримана в роли Холмса и Ватсона, то концовка вышла паршивой». (Allison Shoemaker/The A.V. Club)

«The Final Problem будто сошла с орбиты “Шерлока”. Этот эпизод получился настолько оторванным от того, чем со временем стал сериал, что если следующий сезон все-таки случится, то лучше ему быть простым разгадыванием загадок. Пусть Шерлок наденет шляпу, поиграет на скрипке, разгадает что-нибудь невероятное. Иначе “Шерлок” пародирует сам себя». (Stuart Heritage/The Guardian)

«Радость от возвращения “Шерлока” превратилась в разочарование. В этом сезоне отличных злодеев было слишком мало, от ярких персонажей бесцеремонно избавились, и шоу лишилось всего, что делало его таким великолепным». (Allison Keene/Collider.com)

ЧТО ГОВОРЯТ СОЗДАТЕЛИ

Один из создателей сериала Стивен Моффат о возможном продолжении: «Если это последняя серия, а я планирую, что она таковой не станет, но все же – есть вероятность, что мы закончим сериал так. Мы не могли остановиться после одного из предыдущих сезонов, потому что каждый из них заканчивался мощной затравкой на продолжение».

КРИТИЧЕСКИЕ РЕЙТИНГИ «ШЕРЛОКА»

ВЕРДИКТ

«Шерлок» разочаровал – если не фанатов, так критиков точно. Как бы то ни было, хочется, чтобы сериал вернулся на пятый сезон, ведь нельзя заканчивать столь дивную историю кляксой. Шерлок должен прощаться со зрителем победоносно, а не оставлять со сконфуженным видом. Вопрос лишь в том, будет ли сконфуженный зритель ждать еще несколько лет до выхода нового сезона.

Бенедикт Камбербэтч: тайные связи звезд «Шерлока Холмса»

Артисты сериала по-семейному близки — не только своими персонажами, но и отчасти друг с другом

Для поклонников британского сериала «Шерлок Холмс» многие герои стали будто родными. Впрочем, исполнители главных ролей могут сказать то же самое. Причем артисты по-семейному близки — не только своими персонажами, но и отчасти друг с другом. WomanHit.ru выяснил тайные связи актеров популярного теледетектива.

Миссис Хадсон в исполнении 79-летней актрисы Уны Стаббс любит повторять, что она не служанка Холмсу и Ватсону. При этом порой по-матерински опекает эксцентричного Шерлока, которого играет Бенедикт Камбербэтч. И это не удивительно: Стаббс знает Камбербэтча с его раннего детства.

«Мы снимались вместе с Вандой Вентхам, мамой Бенедикта. Жили неподалеку друг от друга в Кенсингтоне. И часто гуляли вместе с детьми: я — с коляской, а Ванда — с уже подросшим Бенедиктом. Ему было года четыре тогда. И мы с Вандой могли часами болтать обо всем на свете, а бедный малыш Бенедикт вынужден был все это время находиться рядом и терпеливо ждать, когда мы вдоволь насплетничаемся», — вспоминает Стаббс.

Кстати, Ванда Вентхам вместе со своим мужем и отцом Бенедикта Тимоти Карлтоном также снимались в сериале. В третьем сезоне многосерийки супружеская чета сыграла родителей Шерлока. И лишь супруге Камбербэтча пока не нашлось роли в теледетективе, хотя поклонники «Шерлока» очень надеются когда-нибудь увидеть Софи Хантер на экране вместе с ее мужем. Бенедикт и Софи поженились 14 февраля 2015 года. В том же году они стали родителями первенца — сына Кристофера. А в октябре прошлого года стало известно, что Софи снова беременна. Но так как создатели «Шерлока» уже намекнули на большую вероятность пятого сезона, не исключено, что мечта зрителей может осуществиться.

Гражданские супруги Мартин Фриман и Аманда Аббингтон тоже предстали на экране в образе семейной пары — доктора Джона Ватсона и его жены Мэри. Однако незадолго до премьеры четвертого сезона актеры шокировали общественность новостью о своем расставании. «Мы с Амандой больше не вместе. Но мы остались самыми лучшими друзьями. Я всегда буду любить Аманду», — признался Фриман в одном из предновогодних интервью. Актер не стал уточнять истинную причину разрыва. Но на вопрос репортера, не могла ли внезапно обрушившаяся на него в последние годы всемирная слава, связанная в том числе с ролью Бильбо Бэггинса в трилогии «Хоббит», негативно отразиться на их с Амандой отношениях, Мартин ответил: «В определенной степени — да. Но не так сильно, как могла бы, и не так сильно, как, может быть, мне бы хотелось, чтобы это было из-за нее». Фриман и Аббингтон познакомились в 2000 году на съемках фильма «Только мужчины», а год спустя закрутили роман. В 2006 году у них родился сын Джо, а в 2008-м — дочка Грейс. Однако официально оформить свои отношения Мартин и Аманда так и не успели.

Впрочем, о том, что на площадке «Шерлока» царит семейный подряд, говорят не только актерские связи. Один из создателей сериала Стивен Моффат женат на продюсере этого же телефильма Сью Верчью. А исполнительный продюсер Берил Верчью — его теща. Смог Стивен пристроить в сериал и своего сына Луи: в конце третьего сезона мальчик сыграл молодого Шерлока Холмса. Моффат шутил, что отдал роль сыну только потому, что у него такие же забавные кудряшки на голове, как у и Бенедикта Камбербэтча.

Марк Гэтисс, который вместе со Стивеном Моффатом стал идейным вдохновителем и создателем сериала, также не смог устоять перед соблазном снять в «Шерлоке» близкого человека, а именно своего бойфренда Йена Халларда. Актеры нетрадиционной сексуальной ориентации состоят в официальном браке с 2008 года и неоднократно появлялись на экране вместе. В «Шерлоке» Халлард сыграл адвоката в серии «Рейхенбахский водопад» второго сезона. Себе же Гэтисс отвел одну из главных ролей, представ в образе брата Шерлока Холмса Майкрофта.

Обзор иностранной прессы по полному разочарований сериалу «Шерлок»

Шерлок Холмс перестал быть собой. 4-й сезон, не побоимся этого слова, легендарного сериала не принес фанатам радости. Даже самые оголтелые представители фандома корчат недовольную гримасу и задаются вопросом: «Что это было?!»

Мы больше не собираем мозаику вместе с героями сериала, у нас нет возможности дойти до разгадки вперед главного героя. Вместо этого нам подкидывают линейный сюжет с «семейным» суперзлодеем и издевательский флешбэк. Шерлок, будто Джеймс Бонд из «Спектра», гонится за призраками прошлого – взрывы и «воскрешения» персонажей прилагаются, а вот фирменных коктейлей и роскошных женщин не нашлось. Впрочем, даже линейность не спасла Марка Гэтисса и Стивена Моффата. Сейчас они говорят, что не прочь продолжить сериал и вернуться с пятым сезоном, но надо ли?

РЕЙТИНГИ

Небольшая ретроспектива: «Шерлок» начал свой путь на ТВ с увесистых 7,5 миллиона человек, прильнувших к экранам. Эта цифра неуемно росла, и третий сезон стал самой рейтинговой британской драмой с 2001 года. В среднем за чудесами дедукции наблюдало 11,82 миллиона человек. Четвертый сезон к рекорду даже близко не приблизился. Среднее число зрителей еще подлежит уточнению, но, по предварительным оценкам, четвертый сезон смотрело в среднем около 8 миллионов человек. Финал же и вовсе поставил антирекорд – 5,9 миллиона человек. BBC, конечно, выражает огромную благодарность «Первому каналу» за утечку, тем не менее сути дела это не меняет. Новый «Шерлок» восторгов не вызвал, порадовал скептиков и наводнил Интернет разочарованными высказываниями.

ЧЕТВЕРТЫЙ СЕЗОН «ШЕРЛОКА» ХВАЛЯТ

– За актерский тандем. Это дежурный плюс – Бенедикт Камбербэтч и Мартин Фриман с 2010 года выросли в суперзвезд киноиндустрии и показывают соответствующий уровень актерской игры. Само собой, химия между ними запредельная.

– За Эндрю Скотта. Отдельно критики смакуют актера, играющего роль Мориарти. Его появление в новом сезоне было мимолетным, но чертовски ярким. Забавно, но даже этот момент навевает воспоминания о «бондиане», о Хавьере Бардеме, который под музыку расстреливал старый дом из вертолетного пулемета.

– За точку над «i» в линии с Мориарти. Спасибо, что не живой. Все успели испугаться, что произошла очередная инсценировка гибели, но, к счастью, Мориарти остался воспоминанием. Хотя некоторых это и позлило, ведь, по сути, можно было обойтись и без флешбэка. Моффат и Гэтисс внедрили Эндрю Скотта в четвертый сезон лишь ради фан-сервиса.

ЧЕТВЕРТЫЙ СЕЗОН «ШЕРЛОКА» РУГАЮТ

– За нелогичность и сюжетные хвосты. Недовольные насчитали аж 18 вопросов, которые финальный эпизод оставил без ответа.

– За клишированность и абсурдные повороты сюжета.

– За Санта-Барбару. Число родственников, задействованных в событиях четвертого сезона, зашкаливает.

– За чрезмерный упор на эмоции во вред традиционному духу Шерлока Холмса и здравому смыслу.

– За настолько смазанный финал, что горечь разочарования может перебить сладость трех предыдущих сезонов.

ЧТО ГОВОРЯТ КРИТИКИ

«Между шокирующими поворотами и открытиями просто недостаточно содержательных деталей, а в финальном эпизоде логики стало еще меньше. Зато в нем прибавилось драмы и сюжетных крючков, которые лишь сбивают с толка. The Final Problem закрыла сезон, а может, и весь сериал антикульминацией, подменив реальное развитие персонажа и логическую развязку натянутой драмой и выпендрежем». (Aja Romano/Vox.com)

«Три недели фанаты франшизы скрипели мозгами под гнетом целого ряда откровений, загадок и отвлекающих маневров. С финальным эпизодом как минимум один факт остается неопровержимым: “Шерлок” – самая крупная британская драма. Элементарно, мои дорогие зрители». (Michael Hogan/The Telegraph)

«Марк Гэтисс может сколько угодно отвергать сравнения со стилистикой супершпионской франшизы Джеймса Бонда, но как только Шерлок, Джон и Майкрофт отправились в Шерринфорд, The Final Problem начала сильно отдавать приключениями агента 007». (Morgan Jeffery/Digital Spy)

«Если это конец “Шерлока”, если это вопреки протестам последнее появление Бенедикта Камбербэтча и Мартина Фримана в роли Холмса и Ватсона, то концовка вышла паршивой». (Allison Shoemaker/The A.V. Club)

«The Final Problem будто сошла с орбиты “Шерлока”. Этот эпизод получился настолько оторванным от того, чем со временем стал сериал, что если следующий сезон все-таки случится, то лучше ему быть простым разгадыванием загадок. Пусть Шерлок наденет шляпу, поиграет на скрипке, разгадает что-нибудь невероятное. Иначе “Шерлок” пародирует сам себя». (Stuart Heritage/The Guardian)

«Радость от возвращения “Шерлока” превратилась в разочарование. В этом сезоне отличных злодеев было слишком мало, от ярких персонажей бесцеремонно избавились, и шоу лишилось всего, что делало его таким великолепным». (Allison Keene/Collider.com)

ЧТО ГОВОРЯТ СОЗДАТЕЛИ

Один из создателей сериала Стивен Моффат о возможном продолжении: «Если это последняя серия, а я планирую, что она таковой не станет, но все же – есть вероятность, что мы закончим сериал так. Мы не могли остановиться после одного из предыдущих сезонов, потому что каждый из них заканчивался мощной затравкой на продолжение».

КРИТИЧЕСКИЕ РЕЙТИНГИ «ШЕРЛОКА»

ВЕРДИКТ

«Шерлок» разочаровал – если не фанатов, так критиков точно. Как бы то ни было, хочется, чтобы сериал вернулся на пятый сезон, ведь нельзя заканчивать столь дивную историю кляксой. Шерлок должен прощаться со зрителем победоносно, а не оставлять со сконфуженным видом. Вопрос лишь в том, будет ли сконфуженный зритель ждать еще несколько лет до выхода нового сезона.

Ссылка на основную публикацию