Эндрю Гарфилд в интервью рассказал о своей новой работе в ленте «Дыши ради нас»

Эндрю Гарфилд: «Хорошая шутка может спасти жизнь»

Эндрю Гарфилд рискует прослыть самой грустной голливудской звездой. Правда, несчастные персонажи, которых он играет с удивительным постоянством, у Американской киноакадемии — на особом счету: в этом году за роль отважного военного медика Эндрю получил номинацию на «Оскар». В 2018-м шансы на статуэтку у актера снова будут велики, ведь в дебютном фильме Энди Серкиса «Дыши ради нас» Гарфилд играет полностью парализованного человека. О том, как ему удавалось не шевелиться большую часть съемок и почему он так часто страдает на экране, артист рассказал THR в эксклюзивном интервью.

Эндрю, успех фильма во многом зависит от вашего дуэта с Клер Фой. А от вас практически искрило…

Клер чудесная, очень остроумная и артистичная. С ней было приятно и работать, и вообще находиться рядом. У нее, наверное, есть вечный двигатель, потому что она просто фонтанирует энергией. Было очень важно, чтобы между нашими героями возникла тесная связь, ведь Диана для Робина была фактически телом, проводником в мир предметов. По современным меркам может даже показаться, что у них какие-то нездоровые отношения: один партнер настолько сильно зависит от другого, что вроде бы ни один из них, по сути, не является самостоятельной личностью. Но это не совсем так, будучи единым целым, они до последнего умудрялись оставаться самими собой (фильм основан на реальных событиях: в 1958 году, заболев полиомиелитом, 28-летний Робин Кавендиш остался полностью неподвижным, и его жена Диана помогла супругу адаптироваться к новым условиям жизни; впоследствии пара организовала фонд помощи парализованным. — THR).

Как вам с Клер удалось так достоверно передать на экране эту связь?

Сложно сказать. Думаю, тут все дело в очень удачном кастинге. Энди (Серкис, режиссер фильма. — THR) и Джонатан (Кавендиш, сын Робина, продюсер картины. — THR) решили, что у нас с Клер есть та самая пресловутая экранная химия, о которой все говорят, но никто не знает, откуда она берется. Волшебство какое-то.

Постойте, как это никто не знает? То есть экранную химию невозможно создать?

Уверен, что нет: она должна возникать естественным путем. Если вам приходится работать над ней — далеко вы не уедете. Наверное, можно вымучить некую видимость взаимопонимания, но на экране фальшь сразу будет видна. Конечно, не везде это так уж важно, но для нашего фильма химия оказалась жизненно необходимой. И здорово, что мы с Клер сошлись темпераментами и нам не пришлось ничего выдумывать.

Но вы же все равно как-то готовились к роли?

Разумеется. Не поверите, но я наслаждался каждой минутой подготовки. Настолько глубоко погрузился в изучение материала, что проводил неприлично много времени с семьей и друзьями Робина и Дианы. Они показывали мне старые фотоальбомы и архивные видеозаписи и все это комментировали. Еще мы посещали людей в больницах, общались с докторами, смотрели фильмы и читали книги по теме. Для меня этот период в работе самый важный и любимый — можно не думать об итоговом результате, а просто собирать и изучать информацию, руководствуясь тем, что тебе интересно и вдохновляет. Просто впитываешь в себя, как губка, все знания, которые останутся навсегда. Даже когда съемки закончатся, картина сначала пройдет в прокате, а потом отправится пылиться на полку с дисками, вся информация и переживания сохранятся. Вот что бесценно!

Большую часть фильма вы должны были играть только лицом. Насколько это сложнее, чем когда можно использовать все тело?

Я вообще не сказал бы, что сложнее. Просто немного странно, интересно и не похоже на все, что я делал до этого. Тут главное было не забывать о том, что нельзя двигаться.

В связи со спецификой роли напрашиваются определенные параллели со «Вселенной Стивена Хокинга» (байопик 2014 года о самом известном в мире физике, которого также в зрелом возрасте разбил паралич. — THR). Не советовались с Эдди Редмэйном, как лучше сыграть парализованного человека?

Вот это был бы номер! Подхожу такой к Эдди и говорю: «Ну что, брат, рассказывай, как ты это сделал, а то у меня самого не получается». (Смеется.) С другой стороны, он же за своего Хокинга «Оскар» получил — так что, может, и следовало попросить совета. Но тогда уж надо быть последовательным: пристать еще к Матье Амальрику, который сыграл в «Скафандре и бабочке» (байопик 2007 года с близким сюжетом, удостоенный четырех номинаций на «Оскар». — THR). Я очень люблю этот фильм, хотя и посмотрел его впервые уже после того, как получил роль у Серкиса. Так же, как и «Суррогат» (байопик 2012 года. — THR) — прекрасная картина с Джоном Хоуксом и Хелен Хант. Там рассказывается о том, как секс присутствует в жизни людей с ограниченными двигательными возможностями. Тема почему-то всех очень интересует, и в этой ленте ее осветили, прямо скажем, нетривиально.

Вообще, в последнее время у вас какие-то сплошь страдающие персонажи. И в фильме «По соображениям совести», и в «Молчании», и вот теперь в «Дыши ради нас» — всем вашим героям достается по первое число.

Да, и вправду создается впечатление, что в последнее время я только и делаю, что страдаю. Это были невероятные несколько лет, когда мне достался целый ряд интересных ролей, где герои оказывались в экстремальных и даже болезненных ситуациях. И фильмы говорили о том, насколько иногда приятно быть живым, несмотря на все потери и мучения. Не знаю, почему тогда меня привлекали подобные истории. Кроме, конечно, того, что их сняли Мэл Гибсон и Мартин Скорсезе. (Смеется.) Но теперь думаю, что хватит, можно с чистой совестью переключиться на что-то другое.

Например, на комедии?

Ну да, почему бы и нет. Кстати, «Дыши ради нас» — тоже своего рода комедия. Я фильм уже посмотрел, и, по-моему, он получился очень веселым. Режиссер и сценаристы сумели горе и лишения превратить в радость. Робин и Диана смеялись над жизнью, вселенной и даже над богом, если допустить, что он существует. Хорошая шутка может спасти жизнь в буквальном смысле. Иногда юмор — единственный способ не сойти с ума. А хохотать, глядя в лицо неприятностям, это очень по-британски.

«Дыши ради нас» (Breathe)

«Вольга» / Великобритания / Режиссер: Энди Серкис / В ролях: Эндрю Гарфилд, Клер Фой, Эдвард Спелирс, Том Холландер, Бен Ллойд-Хьюз, Миранда Рэйсон / Премьера 30 ноября

Эндрю Гарфилд рассказал о фильме «Дыши ради нас»

Кадр из фильма «Дыши ради нас» (2017)

The Imaginarium Studios

— В прошлом году вы снялись в «Молчании» Мартина Скорсезе и «По соображениям совести» Мэла Гибсона. «Дыши ради нас» — режиссерский дебют Энди Серкиса, проект куда более скромный. Чем он вас заинтересовал?

— Честно говоря, я был в полном восторге от сценария Уильяма Николсона. Мало того, что это поразительная история о человеческом мужестве и преодолении, так она еще и потрясающе написано. Это очень поэтичный текст, я сразу захотел поучаствовать в его экранном воплощении. Ну а потом мы встретились с Джонатаном Кавендишем. Я видел до этого фильмы, которые он продюсировал, но тут был особый случай — речь все-таки шла о его отце. И он настолько горел этим проектом, что моментально зарядил меня этим волшебством. Не было сомнений в том, что фильм получится достойным и невероятно трогательным.

– Ощущалось ли, что в режиссерском кресле сидит все-таки актер, а не опытный режиссер?

— Знаете, это было очень здорово, потому что актеры понимают, насколько сложен и порой невозможен процесс актерской игры, что не всегда ясно не владеющим этой профессией режиссерам. Энди по-настоящему проникся историей, смог прочувствовать и понять, как ее представить зрителю. Он очень чуткий постановщик. Кроме того, всегда очень весел, на площадке все время царила отличная атмосфера.

— Вашего героя Робина Кавендиша парализовало в 28 лет. И большую часть жизни он провел в инвалидном кресле. Как вы работали над ролью?

— Физически ограничение приносило жуткое неудобство и в то же время освобождало. В процессе съемок сыгравшая Диану, жену Робина, Клэр Фой стала моим телом, моим способом передвигаться в мире. Точно так же Робин продолжал познавать мир через свою супругу… Знаете, эта зависимость, особенно для мужчины, не просто мужчины, а очень ответственного мужчины, для которого важно все держать под контролем, это сильно подрывает эго. Робину пришлось отказаться от многих идей, пожертвовать самостоятельностью и привычкой все контролировать. Кроме того, он принадлежал к высшему обществу, и отсюда свойственное ему сильное чувство собственного достоинства. Я думаю, это во многом история про любовь как доверие. Робину было очень тяжело, но в конечном счете это помогло ему обрести свободу.

— Что вы имеете в виду?

— Он научился радоваться жизни в самых тяжелых обстоятельствах, несмотря на то, что судьба обошлась с ним не самым честным образом. Он выжал максимум из ситуации, послал свою хромую судьбу к черту и отказался смиряться со своим недугом. Еще болезнь помогла Робину развить чувство сострадания к другим и к себе. Я думаю, поэтому он начал бороться за равные права, доказывая, что для каждого есть место на этой земле независимо от цвета кожи, убеждений, вероисповедания, какого-то недостатка, болезни. Конечно, если бы не полиомиелит, он бы продолжил жить прекрасной привилегированной жизнью, но вряд ли бы совершил все эти невероятные вещи. Есть что-то прекрасное и мистическое в том, как его увечье породило нечто столь потрясающее.

– Вы говорите, что у вас сложился творческий союз с Клэр Фой. Расскажите чуть подробнее, каково было работать с ней?

— Несмотря на то, что до начала работы над «Дыши ради нас», я не видел ее фильмов, я был моментально потрясен талантом Клэр, ее теплотой, а также всем, что она нашла в себе от Дианы — это великодушие, способность выражать любовь без слов, бескорыстно любящую душу… Все это было легко почувствовать в самой Клэр.

Близость Робина и Дианы выходит за рамки обычного представления о том, что такое брак или партнерские отношения…

Ведь они были не просто любовниками или супругами. Диана сопровождала его везде. Понимаете, она ходила вместе с ним в уборную и мыла его. Но, встретив настоящую Диану Кавендиш, я понял, что для нее в этом ничего не было сложного. Она один из самых сильных людей, которых я когда-либо встречал. И, мне кажется, Клэр прекрасно удалось это воплотить.

— Если резюмировать, можете сказать, о чем, на ваш взгляд, эта история?

— История Робина Кавендиша потрясающая сама по себе, но мне кажется, что в ней есть то, что близко каждому человеку, вне зависимости от частных обстоятельств его жизни. Конечно, фильм о конкретном человеке, который «теряет» свое тело, но каждый испытывал на себе ограничения. Навязанные обществом или культурой нормы всегда сталкиваются с нашими собственными представлениями о жизни. Иногда это столкновение переживается настолько остро, что мы будто не можем пошевелиться, будто находимся в тюрьме. В этом смысле история Робина универсальна. Это картина о том, чего мы все хотим — свободы, счастья, отношений, любить и быть любимыми, изменить мир в лучшую сторону… В данном случае речь идет о том, чтобы в мире стало больше сострадания, чтобы люди не боялись включать фантазию и находить выход из любой ситуации. Мне кажется, этот фильм способен заставить зрителя поверить в то, что несмотря на лишения и тяготы, каждый имеет возможность прожить полноценную жизнь, потому что каждый ее заслуживает. Нужно лишь поверить.

Рецензия на «Дыши ради нас» с Эндрю Гарфилдом

Фильмы о тяжелых заболеваниях можно условно поделить на две категории. Первая — это ленты, где зрителю демонстрируют силу воли главного героя, показывают, как он сам преодолевает трудности, несмотря на постепенно ухудшающееся состояние. Картины из второй категории делают ставку на дружбу или любовь — в этих случаях уже близкие люди стараются облегчить жизнь отчаявшегося персонажа.

«Дыши ради нас» — это типичный представитель второй категории. Фильм наивен, однако его «трогательная» формула работает и все еще способна задеть за живое.

Сюжет ленты основан на реальной истории Робина Кавендиша (Эндрю Гарфилд), британца, у которого в 28 лет диагностировали неизлечимый паралич всех частей тела. Как это обычно бывает, герой сразу же закрывается, впадает в депрессию и просит дать ему спокойно умереть, чтобы уберечь от мук и себя, и своих близких. Но тут в его завещание вмешивается жена (Клер Фой), которая всеми силами старается вытащить мужа из апатичного состояния, а также обеспечить ему полноценную и счастливую жизнь.

Если не вдаваться в детали, «Дыши ради нас» — это уютное кино, оно идеально подойдет для просмотра осенним или зимним вечером. Простой фильм, не перегруженный излишней философией и понятная история, которую без труда можно описать парой-тройкой слов.

Главный герой живет легкой и беззаботной жизнью, встречает красивую девушку и тут же заводит с ней роман. Во время медового месяца тело Робина вдруг парализовывает, после чего выясняется, что Кавендиш не может дышать без особого аппарата, да и жить ему, по словам врачей, осталось максимум три месяца. Его утешают друзья, любящая жена, и затем нам показывают полуторачасовую нарезку из самых счастливых моментов в жизни персонажа.

Кому-то станет грустно, кто-то даже заплачет, но в целом эффект будет один — через полчаса после выхода из кинозала вы напрочь забудете об увиденном.

И нет, не стоит сразу же винить актеров или режиссера — сомневаться в игре Гарфилда и Фой не приходится, а в качестве дебюта Серкис представил действительно серьезную и достойную работу. Единственная проблема фильма — это его тематика, а также подача самой истории.

Следует отметить, что Серкис пытался разнообразить предложенный сценарий, но вместо этого сделал его еще более неоднозначным. Чтобы совсем не превращать фильм в мыльную драму, режиссер решил акцентировать внимание на историчности. Дело в том, что люди с параличом, вызванным полиомиелитом, буквально вынуждены были проводить всю оставшуюся жизнь в заключении — прикованные к койкам рядом с шумящими медицинскими аппаратами.

Главный герой «Дыши ради нас» стал исключением: для него впервые в Британии смоделировали коляску, с помощью которой человек с подобным диагнозом мог передвигаться за пределами больничных стен.

В начале фильма эта идея воспринималась как некая сверхзадача — нам хотели показать, что, несмотря на свое состояние, Кавендиш мог путешествовать по миру и чувствовать себя счастливым даже с одной действующей частью тела (головой). Но затем «Дыши ради нас» ввел социальный подтекст, так как персонаж Гарфилда стал «адвокатом», борющимся за свободу прав инвалидов.

В те времена идея жизни больных параличом без медицинской опеки звучала как нонсенс, а использование оборудованных колясок было в диковинку. Врачи не хотели брать лишней ответственности за больных, поэтому боялись выпускать их из больниц — даже под присмотром родных. Кавендишу удалось исправить ситуацию: своим примером он повлиял на мнение специалистов и фактически обеспечил всем инвалидам справедливую жизнь.

В итоге «Дыши ради нас» можно охарактеризовать как некую почти сработавшую формулу, которую просто не смогли довести до конца. У нас есть полтора часа действительно хорошей и чуткой истории — она не нова, но способна растрогать сентиментальных зрителей. Перед просмотром нужно быть готовым лишь к одному — в определенный момент магия разрушится, и перед вами окажется еще один фильм о глобальных общечеловеческих проблемах. И это как раз тот случай, когда ложка дегтя испортила всю бочку меда.

Эндрю Гарфилд: Эмму Стоун не могу забыть до сих пор

Накануне премьеры фильма «Дыши ради нас», которая состоится 30 ноября, актер рассказал о жизни после «Человека-паука», расставании с Эммой Стоун и как стал специалистом по перестройке.

Герой Гарфилда в картине «Дыши ради нас» – Робин Кавендиш, представитель золотой молодежи 1950-х. Его жизнь – сплошные светские рауты, гольф и породистые лошади. Но однажды ему ставят неутешительный диагноз, который кардинально меняет его жизнь… Режиссировал фильм Энди Серкис. Его мало кто знает в лицо, но все помнят персонажей, которых он создал. Чего только стоит Голлум во «Властелине колец» и «Хоббите».

– Эндрю, вас не удивило, что Энди позвал вас в мелодраму?

– Я, как и многие, больше знал Серкиса по работе над «Хоббитом» и «Планетой обезьян», поэтому даже был слегка шокирован. А позже выяснил, что у режиссера есть своя производственная компания, он консультировал «Мстителей», так что у Энди достаточно опыта работы за камерой.

Еще одна причина, по которой я согласился на роль, это то, что в продюсерах картины числился Джонатан Кавендиш – сын наших главных героев, по истории которых снят фильм. Я посчитал это хорошим знаком.

– В физическом плане роль Робина отличается от Человека-паука?

– Роль Робина тоже роль физически затратная, но здесь речь прежде всего идет о силе духа. У моего героя происходят метаморфозы с телом, и, соответственно, меняются возможности. Они с женой наполнили свою жизнь новым смыслом, используя болезнь, которая, по идее, должна была их остановить. Когда ты на грани смерти, то четче понимаешь, какое это чудо – быть живым и наслаждаться каждым вздохом. На самом деле здесь я больше работал не телом, а душой и сердцем. Например, ситуация, когда твой сын вот-вот свалится в пруд, а ты не можешь пошевелиться. Что происходит в тебе в этот момент?

– Кто помог вам справиться с этой ролью?

– Сам Робин скончался в 1994 году. Но в работе над фильмом мне помогли его супруга Диана и Джонатан Кавендиш. Я также общался с докторами, которые разработали новые приспособления для ухода за инвалидами.

– Клэр Фой, сыгравшая Диану, относительно новое лицо в Голливуде. Вы же давно зарекомендовали себя на «фабрике грез». Давали коллеге советы?

– Клэр стала знаменитой после сериала «Корона», она знает себе цену и хорошо понимает бизнес, в котором работает. И, конечно, не нуждается в моих советах. Я был моложе нее, когда на меня обрушилась слава «Человека-паука». Мне было 26 лет, формально я стал взрослым, но во многих вопросах оставался ребенком, и мне пришлось тогда быстро наверстывать упущенное.

– Вы не завидовали тинейджерам, которые стали знаменитыми в 16-17 лет?

– Не пожелал бы этого худшему врагу. Это огромная нагрузка на человека, который даже не до конца понял, что он и кто он.

– «Дыши ради нас» начинает дискуссию о том, что такое настоящее мужество. У вас изменились представления на сей счет?

– Нам всем не хватает знаний на эту тему, и многому стоит на­учиться. Вот есть поговорка: «Мальчики не плачут». Я бы дополнил: «Но настоящие мужчины – плачут». Сегодня я увидел видео знаменитого телеведущего Джимми Киммела, плачущего перед большим количеством людей. Это была его реакция на события в Лас-Вегасе. (Там 1 октября произошла массовая стрельба на концерте, в результате которой погибли 58 человек. – Прим. «ЗН».) На мой взгляд, нам нужно больше честности и настоящих эмоций. Принято считать, что парням не стоит показывать слабость, что это позорно – нуждаться в поддержке. Они думают, что всегда должны быть на коне и решать проблемы быстро и решительно. Странные, надуманные убеждения.

Эндрю Гарфилд о том, как учился дышать заново

Жизнь стоит того, чтобы за нее бороться в любых обстоятельствах, уверяет Эндрю Гарфилд и доказывает это своей новой ролью в фильме “Дыши ради нас”, который выходит в прокат 30 ноября. Об этом кино и не только, – в интервью редактора HELLO! Вероники Чугункиной с актером из Лондона.

Гарфилда не напугать сложными ролями. Для съемок у Мартина Скорсезе в “Молчании” он худел до истощения, у Мела Гибсона в “По соображениям совести” переживал ужасы битвы за Окинаву. За последнюю роль его номинировали на “Оскар”. Еще одну оскаровскую номинацию прочат актеру и за фильм “Дыши ради нас”. В прессе шутят, что своего нового персонажа Гарфилд сыграл одними бровями, ведь из-за страшного диагноза “полиомиелит” не парализованным у его героя остается только лицо.

Сюжет фильма основан на реальных событиях. В 1958 году 28-летний Робин Кавендиш во время путешествия по Африке заболел полиомиелитом. Врачи предрекали ему скорую смерть. Но Робин прожил много лет и стал первым человеком с таким диагнозом, который не лежал в больнице, а путешествовал и воспитывал сына Джонатана. Последний пообещал себе снять фильм об отце, стал кинопродюсером и в 2017 году выпустил этот фильм с Гарфилдом в главной роли. Робин до этой премьеры, к сожалению, не дожил.

Продюсер фильма Джонатан Кавендиш и его мать Диана на премьере “Дыши ради нас”, 2017 год Эндрю, большую часть картины вы лежите в кровати и можете выражать свои эмоции только лицом. Трудно было привыкнуть к такому ограниченному набору “актерских инструментов”?

На самом деле самым сложным было не дышать. Из-за паралича Робин мог делать это лишь со специальным аппаратом и с интервалами, и мне надо было научиться делать это так же. Конечно, было тяжело. Но это же работа, за которую мне платят. (Улыбается.) А в случае с этим фильмом кроме зарплаты я получил еще и неоценимый опыт, который быстро опускает с небес на землю.

Вы представляли, как бы повели себя в ситуации, в которой оказался Робин?

Мне даже не надо было представлять! Мало кто знает, но в детстве у меня был диагностирован вирус, который называется Коксаки. В редких случаях он может привести к параличу и даже смерти, но мне повезло – этого не случилось. Но даже много лет спустя меня иногда посещает мысль: “А что, если?” Помню, я как-то смотрел документальный фильм об инвалидах, которые играют в баскетбол на колясках, и тут один из героев повернулся к камере и сказал: “У меня диагностировали Коксаки”. После этого я, кажется, даже расплакался. Внезапно понял, что моя жизнь могла сложиться совсем по-другому. И “Дыши ради нас” еще раз напомнил мне об этом.

Благодаря герою Эндрю Гарфилда, Робину Кавендишу, парализованные люди начали перемещаться по улицам в специальном кресле, которое он придумал при помощи друзей и ученых и протестировал на себе Можно сказать, что этот фильм изменил вас?

Я бы сказал, что он дал мне новые ориентиры. Робин Кавендиш – идеальный пример того, как можно прожить полноценную жизнь в любых обстоятельствах. Этот человек каждый день совершал выбор между смертью и жизнью и неизменно выбирал второе. В каком-то смысле он сделал борьбу за жизнь своей ежедневной работой. И нам всем стоит поучиться у него этому: мы слишком многие вещи воспринимаем как должное.

Робина всегда поддерживала жена Диана. Как вы думаете, такая преданность и любовь возможны сегодня?

Эндрю Гарфилд с актрисой Клэр Фой, сыгравшей Диану Кавендиш Мы живем в очень циничное время, когда любовь превращают в одноразовую вещь и любимого человека можно быстро променять на другого, получше. Но мне не хочется верить, что люди действительно хотят так жить, и поэтому я скажу, что такая любовь, как у Дианы и Робина, возможна. Глядя на них, понимаешь, что можно быть искренне преданным одному человеку и по-настоящему счастливым. Ведь разве они не были счастливы? Они устраивали вечеринки, путешествовали по миру, воспитывали сына Джонатана. и говорили твердое “нет” болезни Робина, которая так хотела убить его. А сегодня вот эта вещь (берет в руки свой телефон) убивает нас каждый день.

Телефоны убивают воображение и отношения между людьми – это, если что, только мои мысли, а не непреложная истина. (Смеется.) Я даже думаю, что создание гаджетов – просто предлог для исследования учеными зависимости человека от технологий. Возможно, у меня паранойя, но зависеть от своего телефона я точно не хочу: мне он нужен лишь для редких звонков.

Вы говорили о том, чего добился Робин. А можете оценить собственные достижения?

Хотите узнать, чего я добился? (Улыбается.) Возможно, это прозвучит банально, но мое самое большое достижение – хорошие отношения с отцом (отец Эндрю, Ричард Гарфилд, работает тренером по плаванию. – Ред.). Чтобы прийти к этому, пришлось приложить немало усилий. Между нами было много обид и недопонимания, но мы смогли принять друг друга со всеми недостатками. Это ведь требует большой храбрости в любых отношениях – увидеть реального человека, а не твои представления о нем. Сейчас я с гордостью могу сказать, что отец – мой близкий друг. И это достижение для меня дороже всех наград.

Умру, но не сегодня

Не слишком драматичный, но зато душевнейший трагикомичный байопик о мужчине, который живет на аппарате искусственного дыхания

После свадьбы молодые британцы Робин (Эндрю Гарфилд) и Диана Кэвендиш (Клэр Фой) полны планов на будущее. Однако вскоре после того, как Диана беременеет, Робин заболевает полиомиелитом, и вирус почти полностью парализует мужчину. Теперь Робин не может даже сам дышать. Он должен быть постоянно подключен к аппарату искусственного дыхания. Врачи заверяют Диану, что болезнь неизлечима и что Робин должен провести свои последние дни в больнице. Но когда состояние мужа стабилизируется, Диана добивается, чтобы Робина перевезли домой и он увидел, как растет сын. Воодушевленный любовью жены, Робин придумывает кресло-каталку со встроенной системой искусственного дыхания, и она позволяет ему обрести мобильность, о которой пациенты с его диагнозом прежде даже не смели мечтать.

Кадр из фильма «Дыши ради нас»

Новый британский байопик «Дыши ради нас» спродюсирован Джонатаном Кэвендишем – сыном Робина и Дианы, главных героев ленты. Кэвендиш руководит спецэффектной студией The Imaginarium, и это позволило ему нанять сценариста Уильяма Николсона и поручить режиссуру картины своему бизнес-партнеру Энди Серкису, известному исполнителю ролей нарисованных персонажей (Голлум, Кинг Конг и так далее). «Дыши ради нас» стал дебютом Серкиса-постановщика.

Кадр из фильма «Дыши ради нас»

Очевидно, Джонатан вырос в глубоком уважении к отцу и матери, которые десятилетиями боролись со страшной болезнью, и его отношение к родителям окрасило каждый кадр картины. «Дыши ради нас» изображает Кэвендишей как практически безупречных святых. Герои ленты глубоко влюблены друг в друга с первого до последнего мгновения их совместной жизни, и их считаные и недолгие конфликты – состязания в том, кто большим пожертвует ради супруга.

Кадр из фильма «Дыши ради нас»

Такое изображение Кэвендишей делает ленту трогательной, вдохновляющей и приятной, но также плоской и скучноватой. Герои столь сильны духовно, что они с легкостью перешагивают любое препятствие, душевное или медицинское, которое встает у них на пути. Нам показывают, как Диана забирает Робина из больницы, как Робин начинает перемещаться по дому и окрестностям, как супруги странствуют по миру, как Робин отстаивает право инвалидов на жизнь среди людей, а не в больничной палате… Все это любопытно, но не захватывает – если у вас нет особого интереса к пациентам, которые нуждаются в искусственном дыхании.

Кадр из фильма «Дыши ради нас»

К счастью, у «Дыши ради нас» есть мощное оружие – обаяние ведущих актеров и второстепенных персонажей (родственников и друзей), которые окружают Кэвендишей. Хотя формально картина считается медицинской драмой, смотрится она как почти как комедия об улыбчивых и эксцентричных людях, которые поддерживают друг друга в трудную минуту и добродушно шутят даже перед лицом смерти. Если увлекательности у «Дыши ради нас» немного, то душевности столько, что картина могла бы открыть прокат и сдавать доброту и дружбу в аренду.

Лишь в конце повествования, когда жизнь Робина подходит к концу, фильм становится трагически сентиментальным. Впрочем, печаль героев светла, потому что человек, которому обещали всего несколько месяцев жизни после паралича, провел 36 лет на аппарате искусственного дыхания и ушел позже, чем многие его здоровые ровесники. Хотя Робин Кэвендиш не мог даже пошевелиться, он прожил насыщенную жизнь, полную путешествий и свершений. Он и его жена заслужили экранный памятник, и их сын создал красивый киномонумент, с яркими актерами и живописными природными пейзажами (герои проводят время в Британии, Испании и Африке). Но с иконописностью Кэвендиш-младший, пожалуй, переборщил.

Ссылка на основную публикацию